In fide trepido.

Рынок кишел людьми. Сюда, в портовый город Вайнмар, съехались купцы со всех
объединенных королевств. В доки заходили все новые корабли, матросы разгружали трюмы, купцы
перекрикивали друг друга, расхваливая свой товар. Люди спешили закупить все необходимое, ведь
базарный день только начинался, а следующий раз ярмарка в Вайнмаре будет не раньше, чем
весной.
С высоты она напоминала муравейник. И люди, так похожие на деловитых насекомых,
одержимых жаждой потребления, продираясь через торговые ряды, перебирали товары,
торговались, смеялись, спорили...
Их стремления были ей непонятны. Но у этих людей была хоть какая-то радость в жизни.
Она же не помнила, когда в последний раз думала о чем-то ином, чем о простом выживании. Осень
уже вступила в свои права, с моря дул пронизывающий холодом ветер, она лишь пряталась в доках,
кутаясь в грязный обрывок парусной ткани, дрожа. За следующим кварталом начиналась ярмарка.
Долго тут сидеть не получится, могут прогнать. Да и голод не позволит...
Ксафна обошла рынок так, чтобы оказаться как можно ближе к мясным лавкам. Набравшись
мужества, она бросилась в толпу людей, как в бушующий океан. Те сначала ее не заметили, но потом
расступились. Кто-то из них отскочил в сторону, задев сложенные корзины, они покатились по земле,
послышались крики возмущения. Кто-то презрительно фыркнул, видя нищенку явно не впервые.
Вожделенные прилавки с отборным мясом были уже близко. Она даже и не мечтала
заполучить хоть что-то из этого, год назад после попытки кражи братья Дарвены изловили ее и
жестоко избили, так что теперь она боялась рисковать. Отрубей, или чего-то, что бы и так выбросили,
ей бы хватило вполне. Крылатая искала взглядом знакомого человека, но его не было видно, а долго
находиться тут она не могла. Дарвены пообещали ей, что если она появится в следующий раз, они ее
убьют и отдадут на растерзание воргам. И она вовсе не сомневалась в серьезности намерений этих
молодых людей.
Людей... Почему они столь жестоки? Почему не могут хоть на миг очутиться в шкуре другого
существа? И лишь один человек, единственный, кто когда-то спас ее от голодной смерти в этом
городе, был не таким. Мясник Брайн, высокий и жилистый мужчина средних лет, но его, кажется,
сегодня заменял кто-то другой.
Да, найди она его, она снова будет просить о помощи, не имея возможности отблагодарить.
Что может для него сделать искалеченная самка, пускай и за небольшое подаяние в виде еды? Он
сам удерживал свою семью и лишь сокрушенно качал головой, когда она ему предлагала в чем-то
помочь. Вайнмар был человеческим городом, сюда стекалось множество нищих из всех окрестных
деревень. Работу находили лишь единицы, что уж говорить о тех, кто человеком не являлся?
Крылатая вдали увидела незнакомую женщину, разрезающую аппетитный кусок мяса для
покупателя. Встав на задние лапы, передними она оперлась на прилавок. Покупатель, молодая
девушка, испуганно взвизгнула и отступила в сторону.
Продавщица, явно нездешняя, лишь ошарашенно таращилась на непрошеную гостью.
– Прошу вас, добрая женщина, не пожалейте чего-то для страждущей, – крылатая с мольбой
смотрела на нее влажными карими глазами, облизнувшись. Но та, как будто, ничего не понимала.
– Алгар! Иди сюда! – вдруг крикнула она.
Это имя было ей знакомо. Алгар Дарвен. Она решила бежать, но впереди уже стоял он.
– Ксафна. Кто же еще? – высокий молодой небритый мужчина плотоядно оскалился,
блеснув холодными серыми глазами. – Ты не помнишь, что я тебе говорил в прошлый раз?
– Помню...
Человек угрожающе двинулся ей навстречу.
– Погодите! – она вскинула перед собой лапки. – Зачем же вы так?! Неужели вам так жаль
поделиться со мной чем-то, что вы и так выбросите? Хоть что-то. Сделайте хоть раз действительно
человеческий поступок!
– Ты мне еще начни читать мораль о человечности, нелюдь, – прошипел Алгар, нависая над
ней. Она сжалась, подогнув хвост с кисточкой, ожидая удара... но тот внезапно выпрямился и зашелся
громким, неприятным смехом. Ксафна прижала ушки и решила в этот момент отступить, пока не

поздно. Но ее остановили слова: Хорошо. Раз ты так много знаешь о человечности, не
разочаровывать же мне тебя. Есть у меня тут жил и хрящей, такому зверю как ты сойдет. За мной, –
мужчина махнул рукой в приглашающем жесте.

Антон работал в одном из известных всем гипермаркетов электроники продавцом-
консультантом. Он знал, как отличить Ryzen 5 от Ryzen 7, умел улыбаться уставшим

женщинам средних лет и ненавидел запах жареной курицы из фудкорта. Всѐ остальное его
почти не касалось, ну или тщательно старался этого всего остального избегать.
Что ему хотелось, так это уметь ускорять время на работе. Стоять среди прилавков
магазина набитых электроникой крайне скучно и утомительно. Сначала ты вроде свеж и
полон сил, через пару часов становится скучно от безделья и разговор ни о чем с всякими
любителями просто поглазеть на технику. А уже через три часа начинаешь замечать, как
зудят и болят ступни, всѐ время пытаешься то распределить вес, чтоб переминаешься с
одной ноги на другу, лишь бы немного ослабить эти мучения а впереди еще часов пять
работы.
С коллегами Антон почти не общался, да и особо не рассказывал о себе. Не было у
него ни такой мотивации, ни желания. А все, потому что с детства, Антон ощущал себя
неполноценным. Вроде бы, такой как все, а вроде отличается. Все дети мечтали стать
гонщиками, космонавтами. А он мечтал... Летать. Лететь как птица, не на самолѐте не на
вертолѐте, а своими силами. Он часто представлял, что вместо рук у него крылья и бегал,
размахивая ими, представляя себя среди облаков.
Ребята в детском саду собирались в группы по интересам, но не он. Антон так и не
нашѐл единомышленников, а выделяться боялся, а потому присоединился к юным
любителям машинок. Но в тайне он хранил свою истинную мечту.
И вот время шло. Кончился детский сад. Затем Школа. Колледж. Антон еще
больше отдалился от основной массы общества и в какой-то момент осознал, что он
дракон, душой запертый в теле человека. Антону часто казалось, что у него
дополнительные или совсем другие конечности или чего-то не хватает, например хвоста
или когтей. Иногда он мог потерять равновесие, пытаясь не задеть прохожих призрачным
хвостом или выровняться при помощи него.
Он был чужим в этом мире, не понимал людей, как ни старался. Бывало, выйдет на
улицу, окинет взглядом двор - всѐ незнакомое. Совсем ненадолго, на несколько
мгновений, но дома казались непонятными, автомобили грубыми незнакомыми повозками
и даже будто забывал, как набрать на смартфоне хоть что-то незнакомыми ему пальцами.



Четверо подростков стояло под небом, закрытым тяжёлыми низкими тучами. Вчерашнаяя метель утихла, но тучи всё не уходили, угрожая засыпать мир ещё большим количеством снега, чем уже есть.
-- Мне это не нравится, -- пробурчала чёрная драконица с острой мордочкой. — Ещё и этот ветер. Мне кажется, он хочет вытащить из меня всё тепло, откусывая из него по маленькому кусочку каждый раз.
-- Мне тоже, -- ответил молодой дракон, немного менее чёрного и чуть более серого цвета, старательно оглядывая расстилающийся перед ним ландшафт и периодически высовывая ленту раздвоенного языка. — Солнце скрыто поверху и не греет, и вокруг очень холодно.
-- А давайте спросим старших что делать? — наклонила голову драконочка с округлой мордочкой. — Как не замёрзнуть и при этом не сидеть целый день в кучке?
-- Логично, -- признал четвёртый дракон, что выглядел немного объёмнее всех остальных.
Они остановились, раздумывая над предложением. В прошлом году, в это же время, они были ещё вылупленцами, и естественно, в такие дни их не выпускали. Они помнили оттуда в основном бескоречно-тёплый бок матери и много-много вкусного молока. Конечно, в исследовательских порывах они пытались вылезти наружу, но как только они видели белое полотно, то чья-нибудь морда всегда мягко возвращала их назад, урча о том, что там опасно, чему вылупленцы верили безоговорочно. Только сейчас, когда они подросли, пережили первую линьку и научились летать, их выпускали гулять без присмотра взрослых, хоть и только в пределах пространства недалеко от пещер.
-- Хорошо, возвращаемся, -- кивнула остромордая драконочка и, подмогши себе крыльями, махом перескочила вперёд в направлении виднеющегося наподалёку входа. — А то мы тут околеем и взрослым придётся нас искать и долго отогревать.
Путь назад превратился в серию долгих прыжков. Разогревшись в процессе, они не заметили ничего необычного, но оказавшись у зёва пещеры, и потратив время на стряхивание снега с лап, они вдруг поняли, что тепло не уходит, а сидит где-то там едва напряжённым комком и ровно греет изнутри.
-- Странно, -- сказал дракон с графитовым отливом. — Тепло не уходит. Я чувствую ровно столько, сколько трачу.
-- Тем более спросим старших! — радостно ответила округломордая драконочка, смотря на него.
Другие согласно кивнули, и, наконец очистив лапы от снега, пошли внутрь.

Повествование о юном грифоне, что желал приключений, хотел стать волшебником и оказался втянут в историю с вратами между мирами. И о человеке, который их обеспечил, развалившись в волшебном мире на грани-составляющие. И о том, зачем нам нужны даже самые паршивые наши качества. История о том как принимать свои черты и не давать им все портить, сдобренная лёгкой романтикой и мечтами.

История мальчика, сбежавшего в мир волшебных существ, где есть такие же люди как он, ушастые, длинномордые, покрытые шерстью, так и совсем другие — голокожие, чешуйчатые, бесхвостые. 
История о доме, в котором поселился мальчик, и о его обитателях. 
История о том, как можно попасть в мир снов, и как из мира снов можно вернуться и кое-что вынести. 

История о том, как даже в волшебном мире нужно очень потрудиться, чтобы получилась сказка.

Страница 1 из 4