In fide trepido.
Рынок кишел людьми. Сюда, в портовый город Вайнмар, съехались купцы со всех
объединенных королевств. В доки заходили все новые корабли, матросы разгружали трюмы, купцы
перекрикивали друг друга, расхваливая свой товар. Люди спешили закупить все необходимое, ведь
базарный день только начинался, а следующий раз ярмарка в Вайнмаре будет не раньше, чем
весной.
С высоты она напоминала муравейник. И люди, так похожие на деловитых насекомых,
одержимых жаждой потребления, продираясь через торговые ряды, перебирали товары,
торговались, смеялись, спорили...
Их стремления были ей непонятны. Но у этих людей была хоть какая-то радость в жизни.
Она же не помнила, когда в последний раз думала о чем-то ином, чем о простом выживании. Осень
уже вступила в свои права, с моря дул пронизывающий холодом ветер, она лишь пряталась в доках,
кутаясь в грязный обрывок парусной ткани, дрожа. За следующим кварталом начиналась ярмарка.
Долго тут сидеть не получится, могут прогнать. Да и голод не позволит...
Ксафна обошла рынок так, чтобы оказаться как можно ближе к мясным лавкам. Набравшись
мужества, она бросилась в толпу людей, как в бушующий океан. Те сначала ее не заметили, но потом
расступились. Кто-то из них отскочил в сторону, задев сложенные корзины, они покатились по земле,
послышались крики возмущения. Кто-то презрительно фыркнул, видя нищенку явно не впервые.
Вожделенные прилавки с отборным мясом были уже близко. Она даже и не мечтала
заполучить хоть что-то из этого, год назад после попытки кражи братья Дарвены изловили ее и
жестоко избили, так что теперь она боялась рисковать. Отрубей, или чего-то, что бы и так выбросили,
ей бы хватило вполне. Крылатая искала взглядом знакомого человека, но его не было видно, а долго
находиться тут она не могла. Дарвены пообещали ей, что если она появится в следующий раз, они ее
убьют и отдадут на растерзание воргам. И она вовсе не сомневалась в серьезности намерений этих
молодых людей.
Людей... Почему они столь жестоки? Почему не могут хоть на миг очутиться в шкуре другого
существа? И лишь один человек, единственный, кто когда-то спас ее от голодной смерти в этом
городе, был не таким. Мясник Брайн, высокий и жилистый мужчина средних лет, но его, кажется,
сегодня заменял кто-то другой.
Да, найди она его, она снова будет просить о помощи, не имея возможности отблагодарить.
Что может для него сделать искалеченная самка, пускай и за небольшое подаяние в виде еды? Он
сам удерживал свою семью и лишь сокрушенно качал головой, когда она ему предлагала в чем-то
помочь. Вайнмар был человеческим городом, сюда стекалось множество нищих из всех окрестных
деревень. Работу находили лишь единицы, что уж говорить о тех, кто человеком не являлся?
Крылатая вдали увидела незнакомую женщину, разрезающую аппетитный кусок мяса для
покупателя. Встав на задние лапы, передними она оперлась на прилавок. Покупатель, молодая
девушка, испуганно взвизгнула и отступила в сторону.
Продавщица, явно нездешняя, лишь ошарашенно таращилась на непрошеную гостью.
– Прошу вас, добрая женщина, не пожалейте чего-то для страждущей, – крылатая с мольбой
смотрела на нее влажными карими глазами, облизнувшись. Но та, как будто, ничего не понимала.
– Алгар! Иди сюда! – вдруг крикнула она.
Это имя было ей знакомо. Алгар Дарвен. Она решила бежать, но впереди уже стоял он.
– Ксафна. Кто же еще? – высокий молодой небритый мужчина плотоядно оскалился,
блеснув холодными серыми глазами. – Ты не помнишь, что я тебе говорил в прошлый раз?
– Помню...
Человек угрожающе двинулся ей навстречу.
– Погодите! – она вскинула перед собой лапки. – Зачем же вы так?! Неужели вам так жаль
поделиться со мной чем-то, что вы и так выбросите? Хоть что-то. Сделайте хоть раз действительно
человеческий поступок!
– Ты мне еще начни читать мораль о человечности, нелюдь, – прошипел Алгар, нависая над
ней. Она сжалась, подогнув хвост с кисточкой, ожидая удара... но тот внезапно выпрямился и зашелся
громким, неприятным смехом. Ксафна прижала ушки и решила в этот момент отступить, пока не
поздно. Но ее остановили слова: Хорошо. Раз ты так много знаешь о человечности, не
разочаровывать же мне тебя. Есть у меня тут жил и хрящей, такому зверю как ты сойдет. За мной, –
мужчина махнул рукой в приглашающем жесте.
– Благодарю... – еле слышно ответила крылатая, следуя за мужчиной на четырех.
Они вышли в задний двор, где стоял пень с топором, стол для разделки туш и корзина с тем,
что не могло пойти на продажу. Ксафна протянула лапы, но Алгар оттолкнул ее.
– Не все так просто, это надо еще заслужить.
– Я все сделаю...
– Ну, посмотрим, посмотрим. За мной, чешуйчатая.
Они вышли на небольшую площадь, к которой примыкали мясные ряды. Под стеной дома
стояло несколько телег, и Ксафна ощутила знакомый запах, а потом услышала не менее знакомое
рычание. Под телегами во тьме блеснуло несколько пар глаз.
– Всем отойти! – скомандовал Алгар зевакам и щедро вывернул корзину на землю.
Ворги выскочили мгновенно. Их было всего двое, но это были сильные и опасные звери.
Многие столетия диких воргов приручали сначала кочующие орки с гоблинами с далеких степей, а
потом и люди. Звери знали свое место и признавали хозяина. Эти грозные существа неплохо
охраняли идущие по лесным и степным дорогам караваны, и их агрессия была не столь сильна, как у
их диких сородичей. Но при виде мяса они вмиг отдались своей природе.
– Давай же! Чего стоишь? А то останешься ни с чем, – Алгар снова зашелся неприятным
смехом.
Ксафна лишь тихо зарычала и смерила его злобным взглядом, но тот даже не заметил этого.
Выпустив когти, она кинулась в бой.
Единственными преимуществами перед воргами было наличие развитых передних лап и
острых когтей. И, конечно же, разума. Ухватив кусок сухожилий, она бросилась в сторону, но в него
сразу же вцепился зверь. Размерами драконица не сильно отличалась от противников и даже
уступала им, к тому же их было двое. Она слышала, что эти звери частично обладают стайным
разумом, своеобразным и диким, но разумом. Второй ворг бросил свой кусок и поспешил на помощь
собрату. Он вцепился в предплечье крылатой, и та мгновенно выпустила добычу, закричав.
– Ее крик... он так похож на человечий, – тихо молвила продавщица, недавно встретившаяся
с Ксафной за прилавком. – Алгар, кто это?
– Еще один ворг, считай. Зверь. Просто разговаривающий, – пожал плечами тот, не отрывая
взгляда от зрелища. Остальные люди тоже с интересом наблюдали, чем все закончится.
Тем временем, Ксафна успела полоснуть когтями нападавшего ворга, тот сразу отскочил, но
вскоре бросился вновь. Крылатая, пыталась увернуться от его зловонной пасти, схватив лапами за
горло и вгоняя когти. Но она была ослаблена голодом последних дней, и зверь был явно сильнее
небольшой самки. Но инстинкты сыграли свое – она должна была выжить, а это ее шанс. Повалив
ворга на землю, она перевернула его извивающееся тело на спину. Опершись локтями крыльев о
землю, она зафиксировала положение тела, передав все усилие на передние лапы, которыми она все
еще сжимала горло врага. Челюсти клацнули вблизи ее горла, он бил лапами, раздирая чешую на ее
животе, но его когти не могли сравниться по остроте с ее собственными. Перенеся весь вес на
передние лапы и крылья, она несколькими меткими ударами сильных задних лап распорола живот
противнику. Ведь именно мощные задние лапы бросали драконов в воздух при взлете. Драконесса
продолжала бить даже тогда, когда другой зверь бросился на ее спину, но она, благодаря гибкой
шее, мотнула головой, ударяя его рогами. Но уже через мгновение ворг ухватил ее за хвост, вгоняя
свои клыки и стаскивая с поверженного собрата.
Ксафна зарычала и, развернувшись, вгрызлась в бок нападавшего. Гибкость тела позволила
ей это сделать – враг на миг отпустил ее хвост, но тут же схватил за заднюю лапу, они покатились по
земле. Она кусала его снова и снова, но этот зверь был действительно силен, а густая бурая шерсть
неплохо защищала от ее когтей и зубов. Внезапно она ощутила несколько ударов. Как оказалось, они
предназначались воргу, но частично достались и ей, пришедшись по чувствительным крыльям.
Последний удар заставил зверя отпустить ее и, скуля, отступить. Перед ней стоял Брайн, держа в
руках черенок от лопаты.
Люди недовольно загудели, представление было прервано. Ксафна тяжело дышала, на ее
морде была пена, а вертикальные зрачки расширились от возбуждения.
– Эй, ты чего?! Самое интересное же было! – крикнул Алгар.
– Я тебе покажу интересное, – угрожающе прошипел здоровяк, указывая в мужчину
палицей. – Она – не бездушный зверь, подонок. Еще раз тронешь ее...
– А я ее и не трогал. Я решил покормить воргов, она сама набросилась, ее не звали! –
парень выглядел одной невинностью, ни на миг не растерявшись. – Кстати, она одного из них убила,
а другого ранила. Насколько я понимаю, эти псы принадлежали купцу Таргену, телеги, которые
охраняли звери – его. И кто, скажи мне на милость, заплатит ему за убитого охранника? Ты, добрый
защитник этой чешуйчатой твари? – парень внезапно перешел в наступление.
– Если понадобиться – да, – сухо ответил малословный мужчина и, поняв, что говорить
больше ни о чем, развернулся и подошел к Ксафне. – Все! Представление окончено, расходитесь! –
напоследок крикнул он, махнув рукой, даже не глянув на зевак. Тем не пришлось повторять дважды.
– Ксафна, как ты? Прости, что опоздал.
– Ничего, жить буду. Все равно спасибо, Брайн, – ответила она, собирая на земле
выкачанные в пыли куски жил и хрящей, шипя от боли.
– Ты ранена. Брось это, я тебе дам что-то получше. Пошли.
– Благодарю, не стоит. Ты мне и так помог, а то, что я отвоевала в бою, будет слаще любого
сочного куска мяса. Не-хищнику этого не понять. Извини.
Здоровяк не нашелся что сказать. Он просто смотрел вслед крылатой, а та, хромая, молча
удалялась. Гордый крылатый народ, казалось, что никакие трудности жизни не способны полностью
сломить их. Она, когда-то унижаясь, просила у него помощи и жилья, он отказал. Теперь она не
принимает его помощи, даже если бы он этого захотел.
Люди разошлись. Небольшая сгорбленная фигура в длинном сером одеянии умело
лавировала между ними. Но плащ не мог скрыть длинного белого хвоста с белоснежной кисточкой, а
глубокий капюшон – рогов, казавшийся поначалу горб был не чем иным, как плотно сложенными
крыльями. Люди замечали незнакомца, даже на миг отвлекались от своих дел, провожая его
взглядом. Никакая одежда не могла скрыть дракона, да и, казалось, он совершенно не прятался в
этом городе, куда редко забредали даже эльфы, не желая лишний раз вторгаться в человеческий
мир. Тем не менее, в порту стоял одинокий эльфийский корабль и несколько лавок лесных кузнецов
привлекали немало людей – легкое и удобное оружие, украшения, предметы роскоши... Хотя это все
было доступно единицам, но поглазеть и даже потрогать товар желали многие. Незнакомца это не
интересовало, он даже не замечал десятки удивленных человеческих глаз, провожавших его.
Ксафна, сидя в своем укрытии за бочкой из-под рыбы, завернувшись в крылья и
импровизированное одеяло из паруса, вылизывала раны. Рыча от боли, она перетянула распухшие
хвост и ногу полосками разорванной ткани. Правая передняя лапа была несколько в лучшем
состоянии, но и ее она держала навесу.
Потом рвала зубами сухожилия и обгладывала кости. Думая о том, что таки зря она обидела
Брайна и отказалась от хорошего угощения. Одной гордостью сыт не будешь. Чем дольше она
оставалась в этом городе, вынужденная выживать, тем больше убеждалась в этом. Пережить зиму, а
там – она снова попытается убраться отсюда в свои леса. Пускай ей труднее охотится из-за когда-то
поврежденного крыла, она выживет. Обязана выжить, среди людей ей больше нечего делать, она
больше не строила иллюзий и не надеялась на помощь от них.
Тело желто-коричневой драконочки покрывали старые шрамы и запекшаяся кровь новых
царапин, грязная гнедая грива слиплась в длинные бесформенные пряди. Она дрожала от боли и
холода, но утолив голод, жизнь уже не казалась ей такой безнадежной.
Но завтра – что ей делать? Ярмарка будет сворачиваться. Надеяться на Брайна? Он поможет.
Наверное. Она сама себе удивилась, как сильно надеется на этого, по сути, совершенно незнакомого
ей человека, представляя, что он бросит ей хороший кусок мяса прямо в лапы, добродушно
оскалится... у людей это называется улыбкой. Она ему верила, существу совершенно чуждого ей
вида, только лишь потому, что он изредка ей хоть чем-то помогал. В Вайнмаре, как любом крупном
портовом городе, было немало нищих, и она не раз пробовала найти седи них прибежище, но ее
всегда гнали. Ее боялись. Ей никогда не подавали, смотря как на зверя, уж слишком сильно было
отличие между ее народом и людьми. Она пробовала стать вором, но у нее не было должной
сноровки – все попытки заканчивались плачевно, не успев начаться, и она просто боялась о чем-то
подобном помышлять.
Когда-то давно, она со своей сестрой Алисией покинули вымирающее племя в поисках
новой жизни. Дичь отступала все дальше, неизвестные болезни все чаще косили ее сородичей, как
будто над ее племенем навис злой рок. Она потеряла родителей в детстве из-за охотников за
драконьей костью, сейчас же от ее ареала не осталось никого. Молодые все чаще покидали
насиженные места в поисках нового дома. Старшие говорили ей, что там, за горными хребтами
далеко на севере, живут ее сородичи, и, не смотря на стремление драконов держаться в
одиночестве, она все же мечтала их найти. Путь был не близок даже для крылатого существа, более
того, они с сестрой не знали, где искать.
Алисия быстро нашла место в труппе бродячих артистов, Ксафне же пришлось искать другой
путь. В человеческих государствах дракон, разумный говорящий зверь, был диковинкой. Кроме того,
мечтательная и романтичная Алисия намного быстрее обучалась трюкам, чем Ксафна. Поначалу
сестра смущалась выступать перед людьми, но это быстро прошло. Сестрам не доверяли, держа в
клетке, но со временем, когда те освоили основы человеческого языка, люди поняли, что в этом нет
необходимости. Алисия была мягкой личностью, никогда не проявляя гордости в отличие от своей
старшей сестры. Ксафне же не хватало ни артистизма, ни ловкости, а человеческой труппе не нужно
было содержание другого зверя. Алисия... Где же она теперь?
В этих мыслях она бы и заснула, если бы не тень перед ней. Кто-то снова ее нашел и снова
прогонит. Как всегда.
– Приветствую тебя, сестра.
Слова прозвучали на данлар’тане, глубоком, с гортанным рычанием, языке крылатых,
который она, как ей казалось, уже совершенно позабыла. Но ее племя говорило на нем, ему ее учили
с детства, а это сложно забыть. Язык ее народа имел гораздо больше фонем, чем человеческий,
будучи более сложным и богатым в выражении. И, несмотря на то, что драконы могли освоить
общую речь людей, многие звуки и слоги их родного языка были попросту недоступны человеческой
гортани.
Алисия? Неужели она вернулась? Странно. Ксафна не видела на ярмарке знакомую труппу
уличных артистов... И акцент – он был каким-то чуждым. Акцент не ее ареала.
Перед Ксафной стояла фигура в длинном сером плаще и глубоко опущенном капюшоне. Не
ожидая реакции, незнакомец сбросил его и Ксафна увидела белую драконицу с пронзительными,
холодными изумрудно-зелеными глазами. Это была не ее сестра.
Чешуя незнакомки была блестящей и чистой, переливаясь перламутром в лучах
утомленного осеннего солнца. Грива длинными серебристыми волнами спадала на крылья и плечи,
некоторые пряди были аккуратно убраны заколками из платины, тонкие цепочки из белого металла,
украшенные изумрудами, оплетали ее острые блестящие медово-белые рога. В перепончатых ушах
поблескивали сережки со сложной инкрустацией, о цене которых можно было только гадать.
Определенно, белый, серебристый и зеленый были основными цветами украшений, гармонично
дополняя цвет ее чешуи, шерсти и глаз. Передние лапы украшали браслеты с рунической резьбой,
задние были обуты в сандалии из неизвестного гибкого серебристого материала – Ксафна никогда не
могла подумать, что ее народ может пользоваться обувью. Ладони белой незнакомки также были
чисты – она ни разу не опустилась на все четыре в этом грязном месте, несмотря на то, что
длительная ходьба на двух давалась драконам нелегко. И запах... это был запах каких-то утонченных
духов, еле ощутимых, люди со своим слабым нюхом вряд ли бы ощутили что-то.
Размерами она была меньше Ксафны, но стоя на задних лапах и приподняв переднюю часть
тела, той так не казалось. Высокая госпожа, несмотря на свой небольшой размер. На вид молодая
самочка, но взгляд... он не мог принадлежать юному существу. Холодный, бесчувственный и хищный,
он прятался за длинными белыми ресницами. От него хотелось спрятаться, Ксафна просто смотрела
на нее и молчала, столь прекрасного и чуждого существа она еще не видела в своей жизни.
Определенно, они были одного вида, но Ксафна не ощущала внутреннего родства с ней. Властная
незнакомка смотрела на нее сверху вниз, без доли отвращения или презрения, но в то же время как-
то оценивающе, как сытый хищник смотрит на свою жертву, неспешно раздумывая перед тем, как
начать свою кровавую трапезу.
– Мое имя – Тэриана, – вдруг разрушила тишину белая. – Можно просто Риана.
– Ксафна...
– Я искала тебя, – она еле заметно улыбнулась, обнажая острые белые клыки. Определенно,
человек бы воспринял это как оскал, но драконы всегда отличали одно от другого, смотря в глаза, на
положение ушей, хвоста и моторику тела. В ней не чувствовалось агрессии, лишь холод и
безграничное самообладание. Но она пыталась быть дружелюбной.
– Искали... зачем? Кто вы? – Ксафна только поплотнее закуталась в грязный кусок ткани,
вжавшись спиной в стену дома.
– Я – та, которая прекратит твои мучения.
– Но все же? Зачем вам, благородной госпоже из племени горных платиновых драконов,
нужна я? Нищенка, из погибшего лесного ареала, застрявшая в этом человеческом городе?
– Ты крылата, как и я. Мы обязаны друг другу помогать, это долг перед нашим родом. Если
бы я узнала о тебе раньше, я бы пришла. Но лучше поздно, чем никогда, не так ли? – она присела
перед ней, но все равно передними лапами не оперлась о грязную землю, держа на весу
напряженный хвост с пышной белой кисточкой. – Но почему ты здесь? Почему не ушла? – спросила
она, легко склонив рогатую голову набок. – Мы свободны выбирать себе место жительства где-
угодно в этом мире.
– Я уже не уверена, что выживу в родных диких лесах. Мое маленькое племя с нескольких
семей погибло... наверное. Нас было совсем немного. Один за другим мои сородичи пропадали так,
как будто кто-то охотился за ними. Но кто? Люди? Они бы не делали это так мастерски и тайно. А
если бы родичи нашли лучшую жизнь, они бы вернулись к нам и позвали за собой. Они определенно
погибли, их так и не нашли. Мы бежали с тех мест кто куда. Я попробовала ужиться в этом городе. Не
получилось...
Тэриана вдруг, закинув голову, пронзительно засмеялась, ее смех был высок и звонок, с
нотками металла, так что Ксафна лишь встрепенулась и прижала ушки. Драконы обычно себя так не
вели.
– Ты что, и в самом деле надеялась найти себе место среди бескрылых? Наивная.
– Я их тогда совсем не знала. И поначалу все получилось. Я работала с матросами, помогая
им с кораблями, с натягиванием парусов и канатов, там, куда человеку без крыльев было сложно
добраться. До поры до времени, пока несчастный случай не перечеркнул все, – она вдруг умолкла.
– Вот как? – белая фыркнула.
– Да... груз, сорвавшись, упал на меня, я еле успела спастись. Если бы я, отскакивая,
инстинктивно не раскрыла крылья, все могло бы обойтись. Край левого крыла был придавлен, из-за
открытого перелома началось заражение и пострадавшую часть последней фаланги пришлось
удалить вместе с частью перепонки.
Ксафна показала крыло. Небольшая часть перепонки была заменена на выделанную кожу
какого-то животного, будучи пришитой к живой плоти кожаными полосками, отсутствующая часть
крыльевой фаланги заменялась деревом и другим концом была надежно привязана к выступающей
оголенной кости, рана вокруг которой давно заросла. Тэриана уважительно покачала головой.
– Ты очень мужественная, Ксафна, – помолчав, сказала она, глянув в глаза коричневой.
– Мне пришлось, я не могла полагаться на матросов, единственное, чем они помогли – так
это крепким ромом. Хотя... – она оскалилась, – на нас алкоголь действует совсем не так, как на
людей, вы же знаете. И только поначалу страшно резать свою плоть, потом уже легче...
Тэриана еле заметно встрепенулась, услышав эти слова, ее изумрудные глаза предательски
заблестели.
– Знаю, – только и сказала белая, отвернувшись, дабы не показать своей слабости.
– Неужели? – искренне удивилась Ксафна.
– Неважно, – неожиданно резко бросила белая. – Люди тебя предали, впрочем, странно
было бы ожидать чего-то иного.
– В общем, я теперь могу хоть как-то летать, вы же понимаете, что для нас это все. Могло
быть гораздо хуже. Но я уже была не столь меткой, не так хорошо справлялась в воздухе. Какое-то
время плела им рыбацкие сети, но, в конце концов, я была им больше не нужна. В этом жестоком
мире это не называется предательством.
Некоторое время они оба молчали. Тэриана молвила:
– Пошли отсюда. Твои трудности закончились. Хоть как-то лететь сможешь?
– Не сейчас, меня хорошо цапнули.
– Да уж, я видела, ты неплохо билась, мое уважение. Тогда просто следуй за мной.
Чтобы не привлекать к себе внимания, платиновая набросила на себя плащ и пошла в
сторону леса, окружавшего город с одной стороны. За ней, хромая, шла Ксафна, с каждым разом
отставая от Тэрианы. Но та упорно не сбавляла шагу, не предложила ни разу ей помощь, хотя бы
поддержать раненую, как будто не ведая о сочувствии.
«Ей, наверное, противно касаться меня, – думала Ксафна. – Она не привыкла к грязи, чуя
отвратительный запах, идущий от меня. Да, она промелькнула в толпе... я видела. Поэтому она и
смотрела, как меня терзают... Столь совершенное создание не стало бы таскаться с воргами, да и
сама я для нее не особо отличаюсь от зверя. Но будь я на ее месте... я бы помогла сородичу не
раздумывая.»
Видя, что платиновая сейчас скроется за небольшим холмом, Ксафна крикнула с последних
сил:
– Подождите!
Тэриана, не обернувшись, лишь повела ухом с белой кисточкой и остановилась.
– Быстрее. Нам не стоит привлекать внимание аборигенов. Люди не должны знать о моем
корабле, – молвила белая, когда они поравнялись.
Крылатые шли через поля и сады, мимо хибар, пока не скрылись в лесу. Ксафна не сводила
глаз со спины своей спутницы. Кто она? Где ее племя платиновых драконов? Действительно ли она
подарит ей избавление от всех трудностей? Ксафна помнила, как в ее племени царил мир и покой,
каждый был готов помочь ближнему, но тут... Ее искала эта гордая и прекрасная драконица с глазами
полными холода, звонким голосом, отдающим металлом. Будь у нее, Ксафны, все хорошо, она бы не
решилась идти за ней – какая-то животная тревога закрадывалась в ее душе. Но сейчас не было
иного выхода перед холодной зимой. Что можно потерять, когда и так все потеряно?
– Корабль уже близко, – обнадежила Тэриана, когда расстояние между ними сократилось.
– Корабль? Но море – оно же за нами! – Ксафна указала лапкой в сторону виднеющегося
вдали горизонта и порта, затянутого туманной дымкой.
– Это не тот корабль, какой ты себе представляешь, сестра.
Ксафна поначалу ничего не поняла. И не понимала до того момента, пока они не вышли на
большую поляну, где над землей на гравитационной подушке висел небольшой космический шаттл.
Инфразвуковая вибрация двигателей ощущалась на грани слышимости, широкие треугольные
крылья изменяемой стреловидности для движения в атмосферах планет со сверхзвуковой
скоростью, острый загнутый нос. Поверхность машины была столь же белой, как и чешуя ее
обладательницы.
Тэриана сделала несколько пассов лапой, прочертив когтем на фюзеляже корабля
невидимые символы, она тихо прошептала какие-то слова, пока витиеватые магические узоры не
вспыхнули красным по всей поверхности машины. Просканировав спектр ее ауры, корабль опознал
обладательницу, дружелюбно открыв входной люк, ранее незаметный, высвобождая небольшой
трап.
Новая знакомая Ксафны была определенно магом и к тому же явно не принадлежала этому
грешному миру. Теперь многое сходилось, но не было ответа на старый вопрос – зачем столь
могущественному существу она?
– Заходи.
Тэриана скрылась в корабле, Ксафна же замешкалась на трапе. Превозмогая боль, опираясь
на поврежденную ногу, она поднималась ступень за ступенью. Увидев это, платиновая впервые за
все время протянула ей лапу в драгоценных кольцах со странными, невиданными символами.
– Быстрее, – в ее голосе звучало раздражение.
Ксафна приняла помощь. Взяв Тэриану за лапу, она удивилась, сколь ее ладонь была
холодна, и сколько силы было в ее маленьком теле, когда резким движением белая втащила ее в
шлюзовую камеру. Люк с шипением закрылся.
– Оставайся тут, я буду управлять машиной.
Кабина была рассчитана специально на дракона. Тэриана подошла к креслу, его спинка
легла ей между крыльев, позволив им свободно спускаться по бокам, задние лапы стояли на опоре,
основание хвоста легко в специальный ложемент. Вся конструкция с тихим жужжанием опустилась
так, что теперь Тэриана лежала вверх животом и Ксафна подумала, что в такой позе она
инстинктивно испытывала бы большой дискомфорт, оставляя живот открытым.
Подголовник зафиксировал ее рога и на глаза опустились очки виртуальной реальности.
Корабль еле ощутимо дрогнул. Тело пилота не шевельнулось, но шаттл начал вертикальный взлет,
после чего включились компенсаторы инерции, но Ксафну все равно вдавило в пол. Мгновение – и
машина преодолела звуковой барьер, на объемном цветном терминале были сначала видны тучи,
но вот провалились и они куда-то вниз, скрывая город Вейнмар и села вокруг него, а потом и само
море.
Ксафна подошла к экрану, кроме него не было никаких органов управления, никакого
пульта.
– Еще успеешь насмотреться. Держись, я захожу на вираж, – голос звучал где-то из-под
потолка, но это был определенно голос ее спутницы, Ксафну качнуло в сторону. – Не удивляйся. Эта
машина – лишь часть меня, временное продолжение моей нервной системы. Я вижу и слышу тебя
как раньше. Мы покидаем твой мир. Мир, который когда-то был и моим тоже.
Планета Саварган, окружённая сонмом мелких лун, величественно раскинулась внизу.
Шаттл стремительно приближался к громадному крейсеру на ее орбите. Издали было трудно
определить размеры белой машины, и только вблизи Ксафна оценила ее по достоинству. Крейсер
тоже имел форму треугольника, но в стороны и назад отходили крылья, стилизованные под
перепончатые, как у стремительно пикирующего дракона.
– Тэриана... скажите, как далеко зашел наш народ в развитии? Неужели это все...
– ...создано нами? Отчасти, да. Мир, который откроется перед тобой, не будет похож на тот,
который ты знала. Отсталые феодальные миры – их много, Саварган не единственен. Но это лишь
задворки Вселенной, миры, развития которых ждет межзвездное сообщество, не имея права
вмешиваться. Я, например, нарушила целый ряд законов и директив, посадив свой корабль на вашей
планете, к тому же так близко к поселению аборигенов, и еще столько же правил – вступив с кем-то
из жителей в прямой контакт.
– Но если это все – часть нашей цивилизации, – Ксафна указала на экран, – то почему наши
сородичи должны прозябать там, живя в дикости, охотясь как неразумные хищники?
– Не только нашей. Не все так просто, Ксафна. Этот мир – глобальная среда, в которой живет
множество существ и десятки цивилизаций. Драконы среди них – очень небольшая часть, очень
небольшая... И мы не имеем права решать судьбы других, не согласовывая наши решения с мировым
правительством. А они нам не позволят. Привыкай, тут мыслят категориями миллиардов, стратегии
строятся на столетия, а отдельные личности и даже народы ничего не значат в мировой политике.
Мы стараемся спасти тех, кто нуждается в этом, и кого можем.
– Например, меня... – тихо молвила Ксафна. – Теперь я понимаю. Это – ответ на все мои
незаданные вопросы. Я очень рада, мне повезло и для меня это честь... И я надеюсь, что члены моего
племени не погибли, а были забраны так же, как и я.
Тэриана ничего не ответила, лишь еле заметно улыбнулась. Но на этот раз Ксафне
показалось, что эта улыбка была больше похожа на оскал. Крылатая решила, что это из-за того, что
глаза и уши белой закрывал шлем, а без этого было трудно определить истинные эмоции дракона.
Ксафна даже не успела понять, когда их шаттл успел пристыковаться на автопилоте. Сбросив
сандалии, Тэриана переступила порог шлюзовой камеры и с облегчением опустилась на все четыре.
Крейсер внутри оказался еще более изыскан, чем снаружи. Громадные белые пространства
дополнялись ненавязчивым бестеневым светом, подчеркивающим невероятную чистоту. Сотни
взлетных и посадочных площадок на многих ярусах сразу давали понять, что машина строилась
существами, созданными для полета. Ярусы соединялись прозрачными лифтовыми шахтами,
окруженными спиральными эвакуационными лестницами для видов, не имеющих крыльев.
Громадные, идущие ввысь стены покрывали голографические экраны, показывая черноту космоса,
усеянную звездами, и планету Саварган за бортом. Это была лишь проекция, сам же крейсер не имел
ненадежных прозрачных иллюминаторов.
– Леди Тэриана? – к белой драконессе подошел стройный светло-коричневый дракон.
Склонив голову и слегка припав грудью к земле, он выказал ей свое почтение и подчинение. Указав
лапой в сторону проекции планеты, он молвил: Мы вынуждены покинуть околопланетное
пространство, пока наш крейсер не зафиксировали радары прогрессорских служб.
– У меня все схвачено, Лертан, – отмахнулась крылатая. – Ты же знаешь, как это обычно
бывает. Иначе стала бы я подходить сюда столь открыто?
– Но, миледи...
– Впрочем... – она на миг задумалась, – ты прав, я все сделала, не стоит искушать судьбу.
Отходим.
– Да, миледи.
Он еще раз легко склонил голову, лишь напоследок смерил Ксафну беглым взглядом,
развернулся и ушел прочь.
– Идем. Тебе не мешало бы вымыться и обработать раны. Ну и покушать нормально,
разумеется.
Инъектор сработал мгновенно, Ксафна не успела даже вздрогнуть, лишь вопросительно
глянула на белую.
– Ворги – падальщики, – ответила та на незаданный вопрос. – Неизвестно какую заразу они
могли тебе занести через свои укусы. Позже я проведу более полное обследование, пока что этого
хватит. Теперь боль будет не столь сильна. И это, – Тэриана указала на кожу, заменявшую часть
перепонки крыла Ксафны, – мы заменим на более надежный и гигиеничный биополимер, но позже.
Сейчас же мы обработаем твои увечья. Хотя, я вижу, ты еще легко отделалась.
– Да, мне повезло.
Тэриана опрыскала раны дезинфицирующим спреем и очистила чешую вокруг них, закрыв
эластичным пластырем.
– Повязки водоотталкивающие, так что ты можешь вымыться полностью.
После инъекции боль действительно отступила. Струи теплой воды вперемешку с
поверхностно-активными веществами ударили по ее чешуе, смывая давнюю грязь, барабаня о
подставленные перепонки крыльев. Струи теплого воздуха высушили ее чешую и шерсть, которая
теперь была столь же пушистой, как и раньше. Тэриана молча смотрела через прозрачное окно
кабины, оценивающе и с интересом, слегка склонив голову набок. Обычно драконы не скрывались за
одеждами, как это делали двуногие, но, тем не менее, излишнее внимание ввергало Ксафну в
некоторое смущение, поэтому она старалась не смотреть в ее сторону.
– Все, закончила? Сейчас мы расчешем твою шерстку.
– Я сама... справлюсь, не стоит.
– Ты – моя гостья, и это не обсуждается, – неожиданно резко молвила белая.
Тэриана провела Ксафну в свои покои – широкую куполообразную комнату, где их уже
ожидал стол с несколькими хорошими кусками сырого мяса.
– Угощайся.
Стол был гораздо ниже человеческого, стульев, по понятными причинам, не было вообще –
только мягкие белые подстилки, на одну из которых Ксафна и села, обернувшись хвостом. Недолго
думая, она схватила кусок мяса лапами, вцепившись в него клыками. Мягкое и податливое, оно
имело ни с чем несравнимый вкус.
– Вообще-то для этого есть столовые приборы.
– Я думала, ими пользуются только люди. Извините...
– Не стоит, это кому как удобнее, я просто не люблю пачкать лапки, – она глянула на свои
блестящие когти. – В нашей среде, в отличии от общества двуногих, это не считается чем-то плохим,
не стоит скрывать свою природу за ширмой показных социальных норм.
– Наверное... А чье это мясо?
– Ничье, – Тэриана пожала крыльями. – Оно искусственно выращено на этом корабле, очень
питательно и стерильно, поэтому мы предпочитаем его есть сырым. Кто-то по желанию
обрабатывает пищу термически, но тогда теряется вкус крови, который я так люблю. Мы давно
отказались от использования живых существ в пищу.
– Понимаю. Вполне естественное решение для высокоразвитых разумных хищников.
Тэриана кивнула, взяла серебряный гребень и начала расчесывать гриву Ксафны, начиная с
головы и опускаясь все ниже по спине к хвосту. Ее движения были плавными и нежными, но лапы
столь же мертвенно-холодными. Каждый раз, когда она касалась ими шеи или крыльев, Ксафна еле
сдерживала странную дрожь в своем теле. Ей это казалось неприятным, но она успокаивала себя, что
это с непривычки, так как груминг среди ее вида, включая вылизывание сородичей, считался высшим
проявлением симпатии. Она же ее знала лишь несколько часов.
– Хвостом займешься сама, – внезапно сказала Тэриана, положив серебряную расческу на
стол возле тарелки. – У меня еще много дел. Но перед этим нужно взять образец твоей крови для
анализа.
Ксафна не успела ничего сказать, как в лапах платиновой уже был прибор с тонкой иглой. Не
спрашивая разрешения, она взяла ее правую лапу, вводя иглу точно в вену. Кровь стремительно
заполнила прозрачную вакуумированную емкость. Через минуту она вынула автоматически
запечатанную капсулу.
– Так много? Зачем все это?
– Ты долго жила в грязи и антисанитарных условиях, подруга. Твоя грива и чешуя чисты, но
не блестят как следует, ты можешь быть больна. Это позволит мне все выяснить, я передам образец в
лабораторию, а ты поспи.
– Но это же ваши покои...
– Не важно. Подстилка мягкая и с подогревом, тебе будет комфортно, – она указала на
широкое пушистое покрывало. – Я вернусь не скоро.
Двери каюты автоматически открылись, выпуская хозяйку.
– Погодите, я...
Ксафна хотела спросить Тэриану о чем-то, бросившись к ней, но лишь белая кисточка хвоста
мелькнула у нее перед носом. Двери автоматически захлопнулись, отгородив ее от внешнего мира.
Свет плавно погас почти полностью. Вздохнув, драконесса подошла к кровати и легла на теплую
подстилку, свернувшись калачиком. Она пахла Тэрианой. Тонкий драконий нюх улавливал странный
запах, пьянящий, приятный и в то же время отталкивающий, он не был свойственен большинству
самок. Лесные травы, цветы... сладковатый запах падали. Это пробуждало беспричинную тревогу в
глубине сознания Ксафны, но лишь до тех пор, пока сон полностью не овладел ею.
Тем временем, она тихо шептала загадочные слова, проводя белыми когтями по
выгравированным по ободу титановой чаши рунам, всматриваясь в безмятежную гладь кровавой
поверхности. Обмокнув палец, она сняла с когтя каплю длинным алым языком и тихо заурчала,
блаженно прикрыв изумрудные глаза.
© Raymond Silvermane