И драконность, и драконофанство — разные виды явления, когда у человека есть альтер-эго в образе дракона. Что человек с ним делает — вопрос индивидуальный, но это никогда не психическое расстройство. Альтер-эго может проявляться в Интернете, дружеской тусовке или основах мировоззрения. (Может, конечно, проявляться и в чём-нибудь вроде субкультуры фурри и всяких SJW — на каждую необычную идею найдутся свои извращенцы.) Вопрос о драконности был однозначно сформулирован в конце 1990-х годов в американском сегменте Интернета, в тексте The Draconity FAQ, составленном Бахилом на основе его опыта в конференции alt.fan.dragons. Тогда же возникло и разделение на «настоящих драконов» и «тех, кто играет».
В примитивном понимании драконность и драконофанство так и определяются: первое — истинное бытие чем-то необычным («душа дракона в теле человека»), второе — просто фан, слепое обожание или ролевой отыгрыш. То есть интересующиеся темой, не рассматривая сущность явления, оценивают происходящее по поверхности: 1) по искренности собеседника-«дракона», 2) по совпадению/несовпадению мировоззрения. В результате получается много конфликтов уровня «они не верят в мою искренность» и «меня не признают тем, чем я себя считаю, потому что я не подхожу под их критерии истинности». В большинстве случаев разногласия самые настоящие (т.е. не обусловленные просто стадным инстинктом локальной тусовки) и кушают много нервов всем участвующим. Впрочем, сегодня, когда Интернет есть в каждом утюге, очень легко разбиться на кучки по интересам и не контактировать с «неистинными».
Я же смотрю на тему с другого угла: что альтер-эго «дракон» представляет собой в сущности? Предлагаю взглянуть моими глазами.
Истинность переживаний
Из всего многообразия личностей, которых я рассмотрела в период активного изучения людей с драконьим альтер-эго, выделяется три группы.
Первая в процессе самопознания приходит к тому, что единственным логическим объяснением свойствам личности является «бытие драконом», что бы оно из себя ни представляло в действительности. Эти личности смиряются с наличием у них «этой штуки» и пробуют по-разному раскрыть драконий аспект, исходя из собственных интересов: ролевые игры, творчество, магия, инженерия, боевые искусства, полёты и т.д.
Вторая группа — те, кто видит в альтер-эго дракона «правильную» форму себя и всячески к ней стремится. Стремления сильно зависят от мировоззрения и могут принимать самые разные формы. «Я в прошлой жизни был драконом». «Я должен быть сильным, ведь я дракон». «Меня никто не понимает, потому что я дракон». «Только дракон сможет сделать качественную работу/защитить природу/достигнуть духовного просветления». Чем более зрелая личность, тем более серьёзно звучат «драконьи» фразы. Но, конечно, чаще всего бывает, что личность недостаточно хорошо себя знает и не может объяснить свою идентификацию. У подавляющего большинства есть только смутное чувство, что именно дракон и есть должное выражение их сути. Попыткам изучить их внутреннего дракона они сопротивляются, потому что вместе с этим оказываются задеты и все старые раны, которые дракон прикрывал своими крыльями. Очень больно осознать, что то, что ты считал своей сутью, — всего лишь механизм психологической защиты.
Третья группа подходит к дракону практично. Именно здесь — чистый ролевой отыгрыш, фан, осознанное стремление к идеалу, персонификация своего характера и другие позитивные вещи. Дракон может быть игровой маской из-за временного увлечения, а может — основой проработанной философии на всю жизнь. Иногда человек настолько сживается со своим персонажем за годы, столько привносит в альтер-эго важных для себя вещей, что в дальнейшем разделить их очень трудно (и он переходит во вторую группу).
Все три группы совершенно искренни в своих переживаниях и испытывают облегчение/удовольствие, когда могут выразить драконью сторону своей жизни.
Образ дракона
Идентификация как дракона строится в первую очередь на образе. Морфотип «дракон» нередко соседствует с морфотипами «лун», «виверна» или «ящер» (в бытовом представлении всё это — «разновидности драконов», вместе с Кетцалькоатлем, змеем Фафниром и вообще не-драконьей Тиамат). Ещё популярны «драконы с оперёнными крыльями» — морфотип «дракогриф». По трём группам они распределяются неравномерно.
Первая группа — это реалистичный дракон в пределах 5-15 м полной длины, вписанный в некую реалистичную экосистему, которая не имеет к Земле никакого отношения. Образ, построенный по внутренним ощущениям, может уточняться, но не меняется.
Вторая группа — это дракон или драконоид без обязательной реалистичности. Часты как люди-с-крыльями-и-хвостами, так и чешуйчатые гиганты в 40+ метров полной длины. Природа дракона, цвета, украшения, способности, сеттинг варьируются очень широко, складываясь в несколько культурных традиций, некоторые из которых жёстко конкурируют. Могут быть варианты потрясающей реалистичности, а может быть «что вы там курили?..» во всей красе. Образ может морфировать со временем. Скажем, альтер-эго было нарисовано в самом начале осознания, а десять лет спустя, после тысяч просмотренных картинок и выхода новых фильмов, образ делается более актуальным и красочным. Например, с резко возросшей популярностью виверн лишается передних лап.
Нет, не так, как этот инвалид. Трансформация образа происходит целиком, словно передних лап вообще никогда не было, и персонаж — здоровая жизнерадостная виверна.
Нет, не так, как этот инвалид. Трансформация образа происходит целиком, словно передних лап вообще никогда не было, и персонаж — здоровая жизнерадостная виверна.
Третья группа, не претендуя ни на какую «истинность», обладает широчайшими возможностями для создания образа альтер-эго. Любая сказочность, любой сеттинг, любой размер (хоть с галактику) — всё приемлемо и интересно. Если образ надо отредактировать — он редактируется. Фан-дракон живо реагирует на новости и вбирает всё лучшее из эпохи.
Кстати, именно важность образа для альтер-эго побудила меня заняться исследованием эволюции образа дракона в культуре в целом. Ведь несмотря на то, что современный дракон кажется реалистичным животным, характерные для него черты формировались по историческим причинам, о-о-очень далёким от биологии...
Значение дракона
Для первой группы всё просто — «оно есть». Некое явление неустановленной природы (может, чисто психической, может, какой-то ещё), являющееся причиной идентификации «дракон» через образ крылатого гексаподного животного с длинными шеей и хвостом. Что с этим делать? Жить. Можно попытаться развивать науку и технику, чтобы хотя бы отчасти приблизиться к «этой штуке», хотя перспективы оцениваются скептически. Или можно нарисовать красивую вдохновляющую мифологию — но это уже будет деятельность из третьей группы, отдельный образ «по мотивам» и с конкретными целями.
Слово «дракон» здесь означает: морфотип гипотетического животного.
Вторая группа строится практически целиком на значении дракона в жизни человека. Именно здесь возник термин «личный миф». Набор характеристик внешних и внутренних, роль в мироздании, взаимоотношения с людьми — всё это важно для дракона как альтер-эго второй группы. Идёт ли речь о душе, реинкарнировавшей в человеческое тело за грехи, или о внутреннем стержне, железной воле, противостоящей жестоким обстоятельствам реальной жизни, или о духовном достижении в виде обретения души дракона, или о других вариантах — это всегда имеет глубокое мировоззренческое значение. Даже если вариант очень негативен: «если эта мерзость — люди, тогда я не человек». Альтер-эго второй группы часто скрывает следы психологических травм. Мне бы хотелось подбодрить таких, но нечем; сам мой подход вызывает у них боль, вскрывая то, что они пытаются заглушить. Могу лишь сказать, что некоторым везёт, они преодолевают свои жизненные испытания, и их внутренний дракон расцветает позитивной мощью, становится путеводной звездой и источником настоящей силы.
Слово «дракон» здесь означает: что угодно, большой объём индивидуальных описаний и, в конце концов, синоним к понятию «я». Поэтому во второй группе слово «дракон» принимают близко к сердцу. Ведь речь идёт о них самих.
В третьей группе значение альтер-эго определяется целями самого человека. Кого-то вдохновляет персонификация его характера, выраженная в рисунках, или развлекает, будучи выпущенной воображением на волю в материальный мир. Кто-то хочет пережить новый опыт, связанный с отыгрышем персонажа-дракона. Кто-то выбирает себе психологический или эзотерический типаж, надеясь, что это поможет в жизни. Кто-то поднимает дракона на духовное знамя, основываясь на характеристиках современного символа, а не собственной личности. У кого-то фан легкомысленен и незрел, у кого-то фан — лукавая мудрая искорка внутри, не дающая засидеться на месте.
Слово дракон здесь означает: символ из культуры, персонаж фантастического мира, термин из какой-либо философской системы.
Что в итоге?
Между первой группой и второй с третьей есть важное отличие: причиной самоидентификации служит какое-то пока неизученное явление. Именно его описывал Бахил и нарёк драконностью. Явление это не является фантастическим — есть методология его научного исследования, можно изучить его объективно, инструментально, безо всякого верования в драконов и бытия драконом самому. Что покажет это исследование, вопрос второстепенный. Хотя можно сказать, что никакой портал в мир драконов не откроется, это точно :)
Вторая группа, принимающая тему дракона близко к сердцу, истово оберегает свой душевный покой и говорит «Ррряяяя!!!» на любую попытку его потревожить. Очень немногие зрелые личности могут принять чужую точку зрения на столь важные для них мировоззренческие вопросы, а большинство просто отгородилось непробиваемым щитом «истинности». Даже если о ней не говорят, её имеют в виду на глубоком уровне, не веря или насмехаясь над иными точками зрения. Поскольку для них «дракон = я», указание на веру/миф/ненастоящесть недопустимо. И поскольку «драконность» — это как бы настоящее бытие драконом, они активно используют этот ярлык для себя. То есть «дракон = я», а «драконность = я являюсь собой». На само явление им хвостом, а если бы оно у них и было, то только отягчило бы и без того нелёгкие судьбы.
Зато третья группа чувствует себя наиболее свободно. Они спокойно называют себя драконофанами, если об этом заходит речь, и не видят для себя никакого ущерба в «неистинности» своей жизни, устремлений и достижений. Их инструментарием можно пользоваться для того, чтобы «быть драконом» всерьёз, рационально и красиво.
В конце концов, современный дракон — действительно достойный символ.